09Айсберги

Мы защищаем интернет и другие коммуникационные системы от незаконных посягательств со стороны как государства, так и частных компаний.

О нейтральности сети

Инженеры и дизайнеры, которые изначально создавали Интернет, спроектировали его таким образом, чтобы «информационные пакеты» могли путешествовать по миру, из компьютера А в компьютер Б, по тысячам альтернативных путей. Создатели Интернета руководствовались принципом «из конца в конец». В первом приближении это означает, что «упаковки» данных, которые передаются по сети из одного конца в другой, не различаются между собой. Критерии сложности, дискриминации и сознательного отбора данных должны применяться на конечных пунктах передачи/приема информации. Этот принцип передачи данных, который праотцы Интернета называли «полыми трубами» – именно то, что нам нужно.

Впоследствии это понятие было переработанно в более общий принцип, известный как «нейтральность сети». За этой фразой стоят сложные технические решения той задачи, которая называется архитектурой Интернета. Наиболее радикальной версией нейтральности сети предполагается полное отсутствие какой-либо дикриминации между различными данными. Будь это простой текстовый е-мейл или забивающий пропускную способность канала порнографический фильм, интернет-провайдеры, которые обычно владеют физической инфраструктурой Интернета (куда входят и наземные и подводные кабели) и оперируют ей, должны доставлять содержимое этих «упаковок» данных без предубеждений или предпочтений. Наиболее изощренные варианты концепции нейтральности сети позволяют контролировать траффик в «приемлимой форме», но не позволяют сетевым операторам, например, как Комкасту или Веризону, не пропускать или притормаживать поток данных (скажем, кабельные телевизионные каналы, которые соревнуются за аудиторию с потоками данных, которые представляют для операторов коммерческий интерес). Операторы также не должны предоставлять привилегии для тех потоков, за которые люди будут больше платить.

В пространстве мировой сети, которая практически целиком существует за счет частных вложений, присутствут постоянный конфликт между концепцией нейтральности сети и концепцией прибыли. Чтобы лучше разобраться в этом сложном предмете, вы можете прочитать определение гуру сетевой юрисприденции, Ларри Лессинга; посмотреть характерно провокационную статью Евгения Морозова; или, если захотите копать глубже, заглянуть в две книги, которые обсуждаются в этой статье – «Основной переключатель» Тима Ву и «Архитектура и новинки Интернета» Барбары ван Шевик.

Развитие Интернета в таким образом, как мы его сейчас наблюдаем, не было преопределено. Если бы Интернет был изобретением советской военной индустрии или иранских муджтахидов, он был бы другим, настолько другим, что мы могли бы не смогли бы распознать его черты. Но, то что Интернет останется таким, какой он сейчас, также не предопределено. Многие страны, в основном по политическим причинам, и многие компании, в основном ради коммерческой выгоды, уже принялись за разрушение первоначальной идеи. Незаметно для большинства из нас, за экранами наших маниторов и мобильных устройств, идет борьба за власть. Если мы хотим, чтобы возможность виртуальной коммуникации предоставила нам ту свободу самовыражения, которую она теоретически способна нам предложить, мы должны понимать, что происходит в виртуальном пространстве.

Что делают правительства?

Многие люди знают о том, что есть цензура, которую осуществляют государства. Информация и идеи поступают в виртуальное пространство страны по кабелям и беспроводным сетям из органиченного числа источников: от интернет-провайдеров, телефонных компаний и т.д. Правительства говорят им: «перекройте этот канал, пропустите вот это через фильтр, если вы этого не сделаете мы можем наложить арест на ваше оборудование или закрыть ваши страницы». В самых очевидных случаях блокирования потока информации государством, которые я наблюдал в Иране, предупреждающий знак – в форме треугольника, как дорожный знак, означающий опасность – появляется на сайте, и это означает, что сайт заблокирован. В Китае, Саудовской Аравии, Пакистане и Турции вы можете получить несколько вариантов сообщений разной степени эвфимичности, означающие то же самое. Если вы смотрите на сайт, который очевидно заблокирован, вы можете послать запрос в Herdict – и убедиться, что и другие люди не имеют доступа к этому источнику.

Но, такое очевидное блокирование – это самая примитивная форма контроля. В наши дни государства могут использовать более тонкие методы. Например, они могут отправить альтернативные, зачастую фальсифицированные или искаженные интерпретации событий в первые строчки поисковых систем, или непосредственно в вашу рассылку. Они могут запретить поддержание в сети страниц, содержание которых им не нравится. Они могут получить доступ к частной электронной почте, легально или нелегально, следить за тем, какие слова вы вводите в поисковые системы, и с кем и о чем вы разговариваете. И кроме того, они могут просто посадить человека в тюрьму за передачу информации или за сказанное кому-нибудь мнение, как в старые времена.

Правительства западных демократических государств отрицают, что они занимаются подобного рода вещами. Правительство Соединенных Штатов официально поддерживает распространение технологий, позволющих пройти через файерволы авторитарных государств. Но, правительства на западе так же блокируют, фильтруют и наблюдают за пользователями Интернета и мобильных телефонов, как и правительства государств с сомнительной демократией, и делают это ради того, что они считают благими целями: предупреждение террористических атак, защита от криминала в сети и от педофилии, защита частной стороны жизни и, в случае многих Европейских демократий, цензура слов и выражений, «разжигающих межнациональную и религиозную рознь». Иногда правительства одной рукой борятся с тем, что другой рукой поддерживают. К примеру, WikiLeaksиспользует технологию Тор, разработка которой частично спонсировалась правительством США, для того, чтобы позволить компаниям, которые осуществляют надзор за работой правительства США, публиковать засекреченные документы.

Что делают частные компании?

Общественные силы – это еще пол-беды. Коммуникационные технологии развиваются таким путем, что сравнительно небольшое число частных (или почти частных) компаний имеют власть определять, что мы видим, читаем или слышим. Google и Facebook, Baidu и Ростелеком, Comcast, Microsoft, Verizon, China Mobile, Apple: каждая из этих компаний устанавливает свои ограничения на ту информацию, которую их пользователи могут получать или передавать. Частично, им приходится это делать из-за законов или политических указаний в странах, в которых они работают – и некоторые из этих компаний рказались более гибкими в этом смысле, чем другие (печально известный слечай – в 2004 году, Yahoo в Беджинге передало правительству Китая всю электронную переписку, с именами адресатов и полный содержанием писем, журналиста Ши Тао, в результате чего он был осужден на 10 лет тюрьмы). Но не будем забывать что, частные компании делают тоже самое и для защиты своих собственных ценностей, стандартов и, что немаловажно, поддержания или достижения коммерческого успеха.

В борьбе гигантов между Google и Китаем, компания Google встала на сторону защиты свободы речи от посягательств политических сил. Однако, как самая крупная поисковая система во многих странах – обратите внимание, мы не говорим по-английски «поищи» – «search for it», мы говорим «google it» – эта компания имеет огромную потенциальную возможность ограничить или исказить свободу речи. В настоящий момент, Google превентивно цензурирует детскую порнографию и оказывает активную помощь правительствам в поиске педофилов. Большинство из нас считает, что это хорошо и правильно. Но, что если группа директоров компании через несколько лет решит заняться преследованием другой группы людей, которая не особенно нравится правительству Соединенных Штатов? Американский писатель Эли Парисер цитирует слова одного из сетевых инженеров компании о знаменитом девизе Google – «Не будь Злом» – «Мы очень стараемся не быть Злом, но что было бы, если бы мы захотели им быть!»

Существует множество путей, которыми частные силы могут влиять и влияют на нашу свободу пользоваться средствами электронных коммуникаций. Например, они предоставляют услугу, согласно которой люди могут платить за то, чтобы их идеи, сообщения или товары были доставлены быстрее или показаны первыми в поисквых списках. И если вы либеральны и верите в свободный рынок, вы можете спросить: «И что же в этом плохого?»

Вы думаете, что это ваш телефон, ваш киндл, ваш iPad или ваш компьютер, но производитель и/или провайдер связи имеет к ним доступ, и имеет возможность просматривать и сохранять вашу информацию, пока вы спите. В один прекрасный день в 2009 году, некоторые клиенты фирмы Amazon обнаружили, что их копия романа  Оруэлла «1984» просто-напросто исчезла из их киндлов (может быть, они как раз читали знаменитый абзац про так называемую «дыру памяти», в которую отправлялись документы для окончательного уничтожения по приказу Большого Брата). Эта информация и эти компании также содержат обширные базы данных с информацией о нашей частной жизни. Для более подробного ознакомления с тем, чем это нам грозит или может грозить посмотрите дискуссию о 8-ом Принципе.

Какие ограничения свободы в Интернете легальны?

Только самый свободолюбивый кибер-утопист станет утверждать, что никаких ограничений в интернете не должно быть. К примеру, в современном мире люди практически повсеместно поддерживают блокировку доступа к сайтам, посвященным насилию над детьми. Кибер-воровство превратилось в мульти-миллионный бизнес, наживающийся на открытости интернета. Террористы набирают добровольцев через сеть.

Таким образом, наш второй черновой принцип не осуждает все ограничения в интернете, а осторожно обсуждает случаи нелегальнoго вторжения в эту область. Но где мы должны провести линию между легальностью и недегальностью в этом случае? В конце концов, многие китайцы считают, что контроль их правительства над пространством Интернета на территории Китая в интересах «социальной гармонии» вполне законен. И кто должен провести эту черту? И каким образом? Насколько мы можем доверить саморегулирование в этой области влиятельным компаниям, ориентированным на прибыль. До какой степени мы может полагаться на законодательные структуры конкретных государств, взятых по отдельности? Какую роль в этом должны играть международные агенства? Правильно ли то, что имена доменов распределяются благотворительной корпорацией ICANN, а не международной организацией? Является ли Форум по Управлению Интернетом при ООН чем-нибудь кроме гигантского чата? Если вас интересует подробное и детальное обсуждение проблем, связанных со свободой самовыражения в интернете, посмотритеотчет специального репортера ООН Франка ла Рю.

Мы, граждане интернета

Как все наши черновые принципы, этот принцип начинается со слова «мы». Предполагается, что мы, граждане мира и мировой сети интернет, можем совершать активные действия, например, «стоять на защите». Но как? Во-первых, мы должны знать, что происходит с сетью. Есть замечательные порталы в открытом доступе, с которых можно начать. Поcмотрите, например, сайты Беркмановского Центра Гарвардского Университета, Фонд Электронных Границ (EFF), Открытую Сеть, Проект “Устрашающие последствия”, и страницу Европейской Инициативной Коммиссии по правам на цифровые данные.

Во-вторых, мы должны определить, какими могут быть ограничения свободы самовыражения в сети. То есть выяснить, что другие люди думают об этом, обсудить с ними все вопросы, связанные с этой проблемой и таким образом узнать, с чем мы можем согласиться – и с чем мы категорически не согласны. Для этого и создан наш сайт.

Если мы считаем, что с интернетом не все в порядке, мы можем лоббировать наши правительства об изменении законов, правил и их практического использования. Мы может также попробоватьповлиять на международные организации, которые в теории занимаются урегулированием проблем нейтральности сети. Кроме того, существует большое количество хороших неправительственных общественных организаций, которые занимаются анализом и лоббированием как правительств, так и международных организаций. Полный список таких организаций во многих странах, и описание их деятельности, может быть найдено на сайте IFEX.

Так же важно заставить и частные силы почувствовать наше влияние. Мы, в конце концов, являемся их клиентами. Если бы мы не пользовались услугами, которые они предоставляют, их бы не существовало. Иногда это может быть просто вопрос использования опций, которые они нам уже предоставили – возможностей, спрятанных где-нибудь в меню выбора. Но, это может быть и влияние общества, как например, жалобы клиентов, которые заставили Google изменить те части их проекта Buzz, которые затрагивали личное информационное пространство пользователей (и позже встроитьBuzz в Google+), и Facebook закрыть проект Beacon. А иногда протест можно выразить просто перейдя на услуги другого провайдера, публично объяснив почему вы так сделали.

Кроме того, мы можем принять участие и в контроле технической составляющей Интернета. Много интересных предложений такого рода действий есть на сайте Фонда Электронных Границ.Беркмановский Центр работает над проектом, целью которого является защита информации, которую мы публикуем в сети от «уничтожения» общественными или частными силами, которым она по каким-то причинам не понравилась. Крупные силовые структуры, как общественного, так и частного характера, работают с Интернетом и со всеми прочими средствами коммуникации – но миллионы граждан интернета, индивидуумов, также имеют огромную силу.

Оставьте комментарий на любом языке

Вы согласны с этим принципом?

Да Нет


Дебаты о cвободе cлова — научно-исследовательский проект в рамках программы Дарендорфа по изучению свободы в коллежде Св. Антония Оксфордского университета. www.freespeechdebate.ox.ac.uk

Оксфордский университет