Дебаты о свободе слова

Игорь Сутягин был обвинен в преступлении, которого не совершал. Ему была поставлена в вину измена родине, согласно статье 275 Криминального Кодекса РФ  cформулированная как «государственная измена, то есть шпионаж, выдача государственной тайны либо иное оказание помощи иностранному государству, иностранной организации или их представителям в проведении враждебной деятельности в ущерб внешней безопасности Российской Федерации, совершенная гражданином Российской Федерации». Сутягин был осужден на 15 лет колоний строгого режима, из которых он отсидел 11. Примечательно в деле Сутягина отсутствие доказательств того, что его действия представляли собой шпионаж, и что информация, содержащаяся в его отчетах, составляла государственную тайну. Cуровость вынесенного приговора, и сам факт ареста представляются необоснованными. Действительно, Сутягин компилировал инвестиционные отчеты для британской компании с сомнительной репутацией, которая с тех пор прекратила свое существование. Действительно, его работа в качестве «консультанта» оплачивалась этой компанией. Но, хотя эти отчеты действительно содержали информацию о состоянии российской оборонной промышленности, эта информация была получена из официальных опубликованных источников, находящихся в открытом доступе как в России, так и за рубежом. Сам Сутягин, его коллеги, и его институт не имели и не имеют доступа к секретной информации.

Сутягин, ученый с успешной карьерой в России, заведующий сектором военно-технической и военно-экономической промышленности в государственном учереждении, не мог не понимать в чем заключается опасность такого рода консалтинговых услуг. Свободно обращаться с любой информацией, связанной с военным или оборонным потенциалом России под пристальным взглядом ФСБ все равно что играть с огнем, стоя одной ногой в луже бензина. Последующее развитие событий не могло удивить никого, кто знаком с историей России XX века – в 90x, для того, чтобы посадить человека в тюрьму, требовалось соблюсти скорее бюрократические законы, а не юридические. Можно сомневаться в этичности консалтинга, которым занимался Игорь Сутягин, но, в любом случае, шпионажем или изменой родине это назвать нельзя.